четверг, 8 марта 2012 г.

Испорченное настроение 8 марта(: Белая гвардия, петухи и блевотина

Когда еще шли съемки этого сериала, я предвкушала, как буду его смотреть. Комсомолка писала репортаж за репортажем со съемочной площадки, в кадре у дома на Андреевском спуске - Хабенский и Пореченков, и не очень любимый мною Стычкин (которого звонко и пренебрежительно рифмовал Рустам во время оно). Кррра-со-та! Вот уж, наверное, будет всем фильмам фильм - такой, что "небу станет жарко") Без советских купюр и вставок, как у Басова, по полной программе - ведь для этого все условия - актеры хорошоие, деньги, дом-музей, Киев-град...

Юрий Дмитриевич на ночном дежурстве на 8 марта, праздник у нас плавно переехал на 9-е и я решила утешиться просмотром долгожданного сериала.

Ну и напрасно.
В такое бешенство я не приходила давненько.
Я человек мирный, тихий обыватель. Но за такое надо всех, причастных к этому "произведению" позорников, пожечь из огнемета.
Вот честно.



Это даже не неуважение к классике, к достаточно добротному произведению не слишком почитаемого мною Михаила Афанасьевича. Это, как швондер говорил, "какой-то... позор?"

Первые подозрения, что надо немедленно выключить кино и не портить себе междугородний женский день, зародились у меня еще при виде того, как от звука пушек, (бьющих, кстати, в 12 верстах), трясся и чуть не рушился весь "турбинский дом". Это было комичнее, чем "елена золотая", грубо выкрашенная в свежую парикмахерскую рыжину. Чем умирающая мать, вместо своего задыхающегося "дружно... живите..." произносящая "Живите дружно!" - как Кот Леопольд!) Чем белые голубые гортензии на столе. Чем дебильно исполненная Хабенским песня "Съемки". Чем деревянный взгляд Пореченкова. Чем зарубленный петух и рвота в гостиной. Чем переговняканные прекрасные диалоги. Ведь Булгаков хорош тем, что даже прозу пишет кинематографично, так, что словно фильм смотришь - прописан кадр за кадром! И сделать из такого легкого для экранизации, полного подсказок режиссерских, романа такое говнище!

Ребята, ребята, за что вы так со мной, зрителем? На кого вы этот кал рассчитывали? На молодых людей, которые книг уже не читает в большинстве, уйдя в виртуал и многочасовые медитации над тролл-фейсами? На поклонников Булгакова? Кому вы хотели сделать приятное?
Что вы сделали с Хабенским? С Пореченковым? С Раппопорт? С остальными? Кто переписал диалоги - и для чего??? Что это за корявые булькотения в устах живых героев?

Сцепив зубы, я досмотрела до начала второй серии. Но после сцены блювання в гостиной чуть не на стол, решила, что с меня хватит.

Недоумение. Я не понимаю. Зачем вы тратили эти деньги и врямя? Зачем вы клепали эти вывески на Андреевском спуске? Зачем гоняли лошадей? Зачем красили Раппопорт? Чего вы хотели добиться?

КП РУ писала, что Снежкин поссорился, что ли с продюсерами, они, якобы, настаивали еще в титрах всю эту красоту доукрасить песней Шуфутинского (интересненько, которой?). За это мол, Снежкин, грозил свое имя из титров убрать. Какие титры? Какое имя??? Все это, что я увидела - тоже "продюсеры навязали"? Эти нелепые сцены, эти неизвестно откуда родившиеся слова, эти картонные, мертвые, телеспектакленные персонажи? Эта форма, эти костюмы?

Я не люблю Булгакова, но люблю Белую гвардию. В ней - молитва Елены, и чудо, живой дом, и любовь - братьев и сестры, друзей, верность родине и командирам, армия, честь и долг, и многое другое, не названное, но явственно показанное. А тут - ... Хочется обложить всех причастных к этому чудо-фильму "последними площадными словами".

В дом на Андреевском спуске я попала этим летом. Чудом. Предыдущие визиты в Киев меня закручивало и проносило мимо. Но в этот раз Андрей, как добрый волшебник, угадывающий желания, поселил меня в квартире на Андреевской улице, в старинном доме. В один из вечеров моей стажировочной недели я освободилась пораньше и побежала на Андреевский спуск - он оказался в двух шагах.
Дом-музей был закрыт. И я пошла было дальше, вверх по взвозу, на закате. Спуск был пуст - уже не было художников, торговцев, музыкантов. Пуст, тих, закатен, сумеречен.
У памятника Михаилу Афанасьевичу (с позорно затертым носом)), сидел толстяк, - какой-то местный городской чудак. Он прицепился ко мне - видел, что я стояла перед дверьми закрывшегося еще несколько часов назад закрывшегося музея. Стал завирать, что он-де и есть кот-бегемот, и блаблабла, и мне даже показалось в закатных лучах, что зрачки у него за очками совсем кошачьи, и вся физиономия какая-то странная. Я не слушала его болтовню и он посоветовал мне позвонить в двери, мол, мне откроют.
Я решила позвонить. За дверью послышались шаркающие шаги, мне открыл смотритель. Я стала упрашивать его пустить меня в музей и стала что-то объяснять про то, сколько раз он был закрыт, когда я приезжала в Киев. Потом я стала выворачивать карманы, вытряхивая все деньги, которые были при себе, и бить на жалость...
Мне хотелось посмотреть дом, побывать в нем только по одной причине - Белая гвардия и ее герои для меня были куда живее и настоящее своих прототипов, когда-то здесь живших. Я хотела потом, если буду перечитывать роман, представлять себе все, как должно быть на самом деле...

Это была самая необычайная экскурсия. Дом был пустой, гулкий. Смотритель вел меня по комнатам, бормотал растерянно обрывки экскурсий, в окнах медленно таял закат. И было странно, словно герои романа ушли куда-то ненадолго, а я тайком хожу по их живому дому.



А чо не Мыхайло?????? А нос, нос!

Вернулась и позвонила в звонок - по совету Неизвестного))


Написано на новорусе)) Где еры и яти?!

Складная кровать - помните, защемила руку Николке из-за незадачливого Лариона?

Вчера читала, что Белая гвардия рассорила Булгакова с сестрой Варварой - из-за образа ее мужа в романе (Тальберг). Она с ним отбывала ссылку в Сибири. 

Сердолик

Фальшування! Фальшування! Чаювання...


Ощим, чтобы смыть послевкусие после Снежкинского петуха с блевотиной, я включила одну из серий Басовского фильма, а потом прочитала Настёпе вслух страниц 60 из Белой гвардии - в уютном свете лампы, 8 марта, заваленного снегом и скованного льдом.


Надо читать детям книги. Саардамского плотника. Белую гвардию. Всадника без головы. Что угодно. Возле уютной лампы. И любить братьев, любить своих сестер, заботиться друг о друге и подражать героям любимых книг. Иначе всё, что нам останется - разговоры на языке тролл-фейса и просмотр чудо-сериалов с петухами и блевотиной.


Над домом Булгакова андел летел,
И тихую песню он пел.

3 комментария: